происходит от греческих слов “phileo”
— люблю и “sophia” — мудрость, что означает любовь к мудрости, любомудрие.
Мудрость и сейчас остается существенным определением
философского мышления.
D1
Философия
- есть мудрость, но не отдельного человека,
а объединенного Разума людей. Иными словами, философия есть коллективное
мышление.
Как это понимать?
Во-первых, философия есть именно мышление,
а не познание, не чувствование, не верование, не воление, не действование.
Во-вторых, философия не просто мышление, а со-мышление,
т. е. такое мышление, которое предполагает мыслящее общение людей
или мышление людей сообща. Философия — коллективное мышление
также как наука — коллективное познание, искусство — коллективное чувствование,
религия — коллективное верование, мораль-политика-право — коллективное
воление, экономика — коллективное производство-распределение и т. д.
В-третьих, исходным и конечным пунктом философствования
является не знание, не благо, не красота, а мысль, имеющая смысл-значение
для других-многих людей, прежде всего для самих философов. Конечно, коллективно
мыслят и в науке, в искусстве, во всех других сферах человеческой деятельности.
Но это коллективное мышление — лишь подчиненный момент научной-познавательной,
художественной и т. п. деятельности. Оно философично лишь в той мере, в
какой внутренне свободно, не связано непосредственно с производством знания,
красоты, материальных благ и т. д. В философии коллективное мышление самодостаточно,
максимально удалено от решения познавательных-художественных-практических
задач. Стихия философии — это стихия чистой, самодостаточной
мысли.
[10]
Философия — высшее проявление способности живого-человеческого
к отсрочке реакции, действия, ответа для обдумывания того, как лучше действовать-поступать.
Самое элементарное поведение — безусловнорефлекторное, когда между ощущением
и действием минимальное расстояние (например, отдергивание руки от горячего
предмета сразу после прикосновения). Поведение человека тем сложнее, чем
больше расстояние (задержка) между восприятием и действием, познанием и
практикой. Философы — такие представители рода человеческого, которые в
наибольшей степени олицетворяют-материализуют эту задержку.
Если философы что-то и предлагают нефилософам, то отнюдь
не готовые ответы-рецепты, а их полуфабрикаты. Ведь мысль-идея — всегда
полуфабрикат...
Раньше некоторые философы, писатели и ученые выдвигали
положение о философии как науки наук. Это положение, правильно подчеркивая
особую роль философии по сравнению с частными науками как общей мировоззренческой,
методологической, идеологической основы научного познания, вместе с тем
страдает существенным изъяном. Оно объявляет философию наукой и этим устанавливает
жесткую связь между философскими представлениями и научными теориями. В
действительности философия является особой формой мышления. Она включает
в себя элемент научности, но не сводится к научной форме знания. Наука
есть форма коллективного познания, в то время как философия есть
форма коллективного мышления людей.
, так и в вопросе о соотношении мышления и познания первое нередко
представляют как часть, вид или форму второго. См. об этом ниже п.
17.1, стр. 510).
Кроме того, философия, в отличие от науки, не может обязывать,
предписывать, указывать “как надо”, быть законодательницей. Ее положения
обладают только рекомендательной силой по отношению к другим отраслям человеческой
деятельности. Выражение “философия — наука наук”
отражает как раз попытку представить философию законодательницей наук,
диктующей им свою волю, как себя вести.
[11]
Указанное выражение неправильно и в том смысле, что ограничивает
взаимоотношения философии с другими отраслями человеческой деятельности
только областью отношений с науками. Философия как форма коллективного
мышления имеет непосредственное отношение и к науке, и к искусству, и к
материальной практике, и к управлению обществом, и к индивидуальному опыту
человека. Она рефлексирует по поводу всех этих форм деятельности, занимая
положение центра или фокуса, в котором сходятся все формы человеческой
деятельности. Иными словами, философия — средоточие, центр всех человеческих
исканий и дерзаний.
В нашей стране философия длительное время была (и пока
остается) сильно привязанной к государству и науке. Философские исследования
проводятся в значительной мере в рамках или под эгидой Российской Академии
наук. Неотдифференцированность философии от науки приводит ее к неоправданному
онаучиванию, своеобразному философскому сциентизму. Наукообразный язык
в философских книгах и статьях — весьма распространенное явление. В результате
от философских исследований-размышлений ждут того же, что от научных исследований.
Оборотной стороной такого подхода, т. е. стремления “онаучить” философию
является ожидание от нее каких-то конкретных научных результатов, готовых
ответов на поставленные жизнью вопросы. Поскольку это ожидание не оправдывается,
наступает разочарование философией.
Наука, как уже говорилось, занимается познанием; философия
же ничего не познает. Она лишь осмысляет ход и результаты познания (и не
только познания, а и практики, искусства, вообще всего человеческого опыта).
Науке — науково, а философии — философиево! Наука производит знания. Философия
же вырабатывает и разрабатывает идеи. Не более того. Философские идеи —
это идеи идей: научных, художественных, практических и т. д. Соответственно
и философствование не прямо служит познанию, практике, искусству, а весьма
опосредованно.
[12]
Философия в нашей стране должна обрести свое лицо и освободиться,
наконец, от внешних пут. Никто, ни научные авторитеты, ни государственные,
ни религиозные деятели не должны вмешиваться в дела философии.
Примером онаучивания, сциентификации философии являются
попытки некоторых философов и философских школ выразить основные философские
положения в форме законов. Раз в науке открывают законы, значит и в философии
можно это делать. Наиболее ярким примером изобретения философских законов
являются марксистские законыдиалектики. Как мне представляется,
только наука может претендовать на открытие и исследование законов предметной
области. В философии же “закон” — лишь одна из категорий, парная категории
“явление”, и называть этим же термином некоторые философские основоположения
— это логическая ошибка. Либо мы должны признать, что “закон” является
высшей категорией диалектики, либо признать, что слово “закон” в случае,
когда речь идет о “законе диалектики”, имеет иной смысл, чем тот, когда
им обозначают одну из категорий диалектики. Во втором случае создается
опасность неоднозначного употребления термина “закон”, ведущая лишь к путанице
понятий и к различным перекосам в мышлении.
Одной из причин использования в марксистской философии
понятия “закон” применительно к некоторым ее основным положениям служит
как раз вольное или невольное проведение аналогии между философией и наукой.
Говоря о том, что философия ничего не познает, я имел
в виду, что “экологическая ниша” философии как особого типа культуры —
не познание, а мышление. Целью философствования является
не постижение истины, а мудрость. Ведь философствование и есть мудрствование
(в хорошем смысле этого слова). Только наука “имеет право” заниматься познанием.
Это ее особенность, ее “хлеб”. Могут сказать: а как же быть с выражениями
“философское знание”, “философская наука” и т. п.? На это отвечу: слова
“знание” и “наука” применительно к философии употребляются в ином смысле,
нежели когда говорят о науке как типе культуры и о познании как отрасли
человеческой деятельности. Ведь и в богословии нередко употребляют выражения
“богословское знание”, “богословская наука”. Но ведь никто не считает “богословское
знание” научным знанием, а “богословскую науку” действительно наукой подобно
физике, биологии, социологии.
[13]
Когда говорят о философском знании, то имеют в
виду не то знание, которое приобретается в процессе научного познания.
Научное знание — результат познания реального мира, мира как объекта познания.
Философское знание — результат внутрифилософских потоков информации, идущих
от одного философа к другому. Если я прочитал сочинения Платона и понял
их, то получил знание об учении Платона, о его идеях, взглядах и т. п.
Сумма философских знаний — это прежде всего знание основных философских
учений-идей прошлого и настоящего. Философское знание похоже на научное
знание в том смысле, что оно, как и научное знание, более или менее адекватно,
соответственно отображает предмет, в нашем случае — учение, идеи, мысли
другого философа (других философов). Философски образованный человек —
это человек, который более или менее адекватно воспринял и усвоил основные
идеи философов прошлого и настоящего. Философское образование является
основой философской учености и профессионализма. Слова “ученость” и “ученый”
применительно к философу означают лишь то, человек основательно учился
философии. Почти то же можно сказать о словах “научность” и “наука”. Применительно
к философии эти слова означают научение философии. Кроме того, слово
“наука” в сочетании с прилагательным “философская” (философская наука)
означает тот или иной раздел философии, выделившийся в относительно самостоятельную
философскую дисциплину, в отрасль философского знания. Философскими науками
называют этику, эстетику, логику...
В последние годы дает о себе знать другая крайность:
антисциентизм-иррационализм. Это определенно реакция на предшествующие
десятилетия философского сциентизма-рационализма(1)
. Раскрепощенные философы вдруг заговорили как богословы, мистики, ясновидцы,
пророки...
Ни сциентизм, ни антисциентизм не делают философа философом.
Мы, философы, должны научиться говорить своим голосом
— без наукообразности и сциентизма, с одной стороны, и без религиозно-мистической,
пророческой риторики-аффектации, с другой.
[14]
1.2
Предмет и «части» философии
Философы обсуждали проблему “частей” философии, ее структурированности
с тех пор как состоялось первоначальное накопление философских идей и появились
первые философы-систематики.
Философия в ее полном виде может быть разделена на три
части соответственно трем “предметам”: объекту деятельности, субъекту деятельности
и самой деятельности, точнее ее средствам-методам.
Содержание философии составляют наиболее общие представления
о мире в целом, его категориальной структуре, о человеке и обществе, в
котором он живет, о способах деятельности или освоения человеком мира.
Графически предмет философии выглядит так: (рис. 1).
G1
Предмет философии
[15]
Соответственно трем “частям” предмета
можно выделить три “части” философии:
Учение о мире в целом и его категориальной
структуре — мировоззренческая “часть”.
Учение о человеке и обществе — философская
антропология и социальная философия.
Учение о формах и методах деятельности
— методологическая “часть”.
Как мировоззрение философия дает наиболее общее представление
о мире в целом и его категориальной структуре. Предметом этой “части” философии
является объективная реальность, мир, как он существует сам по себе, независимо
от человека и человечества. Мировоззренческий аспект философии выдвигает
на первый план ее объективность, беспристрастность. В этой “части” она
стремится к идеалу “научной” философии.
Как учение о человеке и обществе философия реализует
принцип “познай самого себя” и ориентирует развитие человека и общества
в определенном направлении. Этот аспект философии можно было бы назвать
идеологическим. Он обнаруживает ее активный,
действенный, субъективный характер, ее пристрастность.
Как учение о формах и методах деятельности философия
служит общим методом познания и практики. Мало иметь представление о мире
в целом, мало знать, чего хочет человек, надо также разрабатывать вопросы
успешной деятельности по освоению (познанию и преобразованию) мира. Предметом
методологической “части” философии является человеческая деятельность в
ее многообразных формах, иными словами, взаимодействие субъекта (человека
и общества) с объектом (объективным миром). Философская методология включает
в себя:
Учение о творчестве.
Учение о мышлении.
Учение о познании.
Учение о практике.
Учение об игровой деятельности (искусстве, спорте).
В учении о мышлении центральным является вопрос
об идее. В учении о познании центральным является вопрос об истине.
В учении о практике центральным является вопрос о
благе, ценности. В учении об искусстве центральным вопросом являетсявопрос
о прекрасном, красоте.
[16]
Каждая из указанных “частей” философской методологии
имеет свою систему специфических категорий-понятий.
Философия, как любая другая отрасль человеческой деятельности,
развивается, усложняется, а, следовательно, дифференцируется внутри себя.
Идет процесс дифференциации философии и специализации ее отдельных частей.
С другой стороны, время от времени возникают философские системы, “работающие”
в направлении интеграции философских идей. Дифференциация и интеграция
философии — две стороны единого процесса ее становления-развития.
Давно уже сложилось своеобразное разделение
труда между философами. Они разделились на философов-специалистов
(специализирующихся в какой-нибудь одной области философии) и философов-систематиков,
стремящихся охватить единым мысленным взором все богатство философских
идей. И те, и другие философы нужны современному обществу.
Если взять развитие философии за большие промежутки времени,
то увидим, что время от времени появлялись всеохватывающие системы философии.
В Древней Греции такой всеохватывающей системой была философия Аристотеля.
В новое время каждый крупный философ претендовал на создание системы философского
знания. Систематические учения оставили Декарт, Спиноза,
Гоббс, Локк, Кант. Поистине Аристотелем нового времени стал Гегель.
[17]
1.3
Философский плюрализм, многообразие философских учений и направлений
Многообразие философских учений и направлений — от многообразия
человеческих типов, характеров и многообразия форм деятельности. Еще Аристотель
подметил, что взгляды философа определяются тем, чем он занимается. О Пифагоре
и пифагорейцах он писал: “... так называемые пифагорейцы, занявшись математикой,
первые развили ее и, овладев ею, стали считать ее начала началами всего
существующего”. Фихте отметил другое: «Какую философию ты выбираешь, зависит
от того, что ты за человек».
Самое известное деление философов — на материалистов
и идеалистов. Оно же и самое древнее. Уже Платон делил философов
подобным образом.
Материализм и идеализм различны
главным образом вследствие различия их объектов. Объектом материалистической
философии является природа и все остальное она рассматривает через “призму”
природы. Главным объектом внимания идеалистической философии являются высшие
формы человеческой, духовной, социальной жизни. Если за основу берется
духовная жизнь человеческого общества — то это — объективный идеализм.
Если же за основу берется духовная жизнь индивидуума, то это — субъективный
идеализм.
Материалисты идут от природы, от материи и объясняют
явления человеческого духа на основе материальных причин. Идеалисты идут
от явлений человеческого духа, от мышления и на их основе объясняют всё
остальное. Короче говоря, материалисты идут от мира
к человеку и его разуму, а идеалисты идут от человека к миру.
Идеалисты пытаются объяснить низшее через высшее, а материалисты,
наоборот, — высшее через низшее.
Материалисты рассматривают идеальное как слепок, отражение
реального. Идеалисты, напротив, рассматривают реальное как слепок-продукт
идеального. И те и другие по-своему правы. Материалисты
абсолютизируют познавательную способность человека (ведь в познании
реальное мы переводим в идеальный план; идеальное, полученное в процессе
познания, лишь повторяет реальное, соответствует ему, разделяет то, что
разделено в объекте и соединяет то, что соединено в объекте; в познании
мы приспосабливаемся к миру, пытаемся слиться с ним, раствориться в нем).
Идеалисты абсолютизируют управляюще-преобразующую
способность человека (в управляюще-преобразовательной деятельности
мы переводим идеальное в реальный план; реальное, полученное в результате
такой деятельности, лишь повторяет идеальное, соответствует ему; в управляюще-преобразовательной
деятельности мы приспосабливаем мир к своим потребностям, пытаемся подчинить
его себе, господствовать над ним, очеловечить, одухотворить его).
[18]
Нужно указать также на то, что
материализм и идеализм весьма различаются в своих ценностных ориентациях.
“Невозможно логическими доводами, — справедливо замечает Л. Н. Гумилев,
— примирить людей, взгляды которых на происхождение и сущность мира полярны,
ибо они исходят из принципиально различных мироощущений. Одни ощущают материальный
мир и его многообразие как благо, другие — как безусловное зло...”. За
примерами не нужно далеко ходить. Вот мнение Гегеля: “... все духовное,
лучше какого бы то ни было продукта природы”. Прямо противоположного мнения
придерживался биолог Р. Майер. “Природа в ее простой истине, — писал он,
— является более великой и прекрасной, чем любое создание человеческих
рук, чем все иллюзии сотворенного духа”.
Другое известное деление философов — на рационалистов,
эмпириков и иррационалистов.
Рационалисты склонны к порядку, любят его и абсолютизируют
его. Соответственно они абсолютизируют знание, всё непознанное пытаются
истолковать с позиций познанного, наличного знания.
Иррационалисты, наоборот, не любят обычный порядок вещей,
склонны к беспорядку, готовы допустить все, что угодно. Иррационалисты
— это любители парадоксов, загадок, мистики и т. п. Они абсолютизируют
незнание, сферу неизведанного, непознанного, тайну.
D2
Рационализм и иррационализм
— это логика и интуиция, рассудочность
и алогизм, возведенные в ранг философской концепции или сознательно принятые
в качестве методологических установок, парадигм.
Различие между рационализмом и иррационализмом не только
в их отношении к порядку и беспорядку.
E2
Слово “рационализм”
происходит от французского “rationalisme”,
которое в свою очередь происходит от латинского “rationalis”, а последнее
от латинского же “ratio”. Одно из основных значений слова “ratio” — разум.
Соответственно рационализм часто
понимают как концепцию, утверждающую верховенство разума в жизни человека.
А иррационализм методом от противного рассматривается как концепция, отвергающая
верховенство разума в жизни человека. Кто же прав?
A1:
Хороший вопрос.
20050530-2308
Кто же прав? Правильний ответ на
этой вопрос может-быть не существует и философия в самом деле даже не требует,
а только альтернативные, но обоснованные ответы.
Пошли свои замечания!
[19]
Кажется очевидным непререкаемый авторитет разума и, напротив,
странным, почему люди, философы вновь и вновь атакуют разум, отвергают
его притязания на верховенство и т. д. и т. п.
В том, что разум управляет человеком, его поведением,
есть противоречие. С одной стороны понятно, что в разуме сосредоточены
основные нити управления человеческим поведением. Но,
с другой, как может “часть” (а разум лишь “часть” человека, пусть главная,
но всё же “часть”) управлять, “вертеть” целым?
Да, действительно, разум лишь ”часть”, но такая, которая
делает целое целым.
D3
Разум
— интегральное “свойство” человека,
делающее его целым, т. е. он в известном смысле и часть, и целое, является
связующим звеном между “частями” человека и человеком как целым.
Рационалисты любят декартовское “я мыслю, следовательно,
существую”. Иррационалистам ближе шекспировские слова: “есть много, друг
Гораций, на свете такого, что и не снилось нашим мудрецам”.
Рационалисты акцентируют внимание на верховенстве разума,
а иррационалисты — на его ограниченности, на том, что разум меньше самого
человека, меньше жизни, и поэтому не может быть верховным руководителем
жизни. И те и другие правы по-своему. Истина, как всегда, где-то посередине.
Человек, с одной стороны, старается руководствоваться в своем поведении
доводами разума, а, с другой, ведет себя порой как существо внеразумное,
лишенное разума, а то и просто безумное, как чувствующее, наслаждающееся
или страдающее, как волящее или безвольное и т. д.
— абсолютизация[fa] промежуточного
(между логикой и интуицией) способа мышления, вероятностного подхода, опыта.
Он занимает промежуточное положение между рационализмом и иррационализмом.
Это видно из следующего.
[20]
Первое. Ясно, что между рационализмом и иррационализмом
более глубокое различие, чем между рационализмом и эмпиризмом. И если располагать
указанные философские-методологические позиции-установки в один ряд, то
рационализм и иррационализм будут крайними членами этого ряда, а эмпиризм
— средним членом.
Второе. На промежуточный характер эмпиризма указывает
и то, что он может тяготеть к рационализму, быть, так сказать, рационалистическим
и к иррационализму, быть иррационалистическим.
Третье. Эмпирики отвергают крайности рационализма
и иррационализма. Они достаточно скромно оценивают и рассудочную, дедуктивную
логику, и интуицию, фантазию. Вспомним, как Ф. Бэкон, эмпирически ориентированный
философ, выступал против дедуктивной логики Аристотеля. Органону Аристотеля
он противопоставил свой “Новый Органон”, в котором пытался обосновать универсальное
значение индукции как научного метода. С другой стороны, эмпирики не жалуют
интуицию (догадку, фантазию, воображение) и они выступают против мистицизма.
Вообще, эмпирики слишком скромно оценивают человеческое
мышление и разум, в частности. Они отдают предпочтение чувственному опыту.
Их наиболее яркий представитель — Д. Локк — утверждал: “Нет ничего в разуме,
чего прежде не было бы в чувствах”. Вдумайтесь в эти слова: какое, в сущности,
уничижение разума! (Зачем тогда разум, если в нем нет ничего, чего не было
бы в чувствах?)
Такая скромная оценка мышления и разума вполне корреспондируется
с вероятностным характером эмпирического мышления. Ведь на основе опыта
можно получить только вероятные выводы. В этом случае нет места ни дедукции,
ни интуиции. А где нет дедукции и интуиции, там нет и Разума как высшей
способности мышления, объединяющей то и другое. Да и о мышлении в целом
приходится говорить как о некоторой условности, как о каком-то непонятном
довеске к чувственности. В самом деле, что такое мышление без Разума, т.
е. без Силы и Глубины?! Да и вообще, возможно ли мышление без взаимодействия
(в широком смысле) логики и интуиции?!
[21]
Ниже приводится схема соотношения рационализма, эмпиризма,
иррационализма и “разумизма” (рис. 2)
G2
Разумизм
.
Как видим, она аналогична структурной схеме мышления
(см. ниже, п. 17.2, стр. 515). Это
позволяет не просто говорить о различии или противоположности указанных
подходов, а классифицировать их, уточнить их место и роль в человеческой
культуре. Из схемы можно видеть, что наиболее сбалансированная позиция
— это позиция “разумизма”. Она охватывает все типы мышления (логику, интуицию,
вероятностное мышление) и избегает крайностей-односторонностей рационализма,
иррационализма, эмпиризма. Термин “рационализм” не подходит для обозначения
указанной позиции, так как по-русски он может пониматься и как “разумизм”,
и как “рассудизм”. Эта неопределенность в понимании термина создает постоянную
опасность истолкования его в одностороннем смысле (как “рассудизм”). Это
— во-первых. Во-вторых, односторонность рационализма как бы продуцируется-задается
фактом существования противоположной позиции — иррационализма. Спор
между рационализмом и иррационализмом — это, в сущности, ситуация позиционного
конфликта, как в суде: между обвинением и защитой. Соответственно,
должен быть верховный арбитр между рационализмом и иррационализмом. Им
не может быть рационализм, поскольку он сам — одна из спорящих сторон.
A2:
Раяумизм.
20050530-2308
Я очень желал бы, что автор сам
с одным предложением определил бы свое понятие “разумизм” в стиле "Раяумизм
- это...".
Пошли свои замечания!
Философов делят также на догматиков и скептиков.
Философы-догматики вырабатывают свои идеи либо излагают чужие и отстаивают
их, т. е. рассуждают в основном в духе позитивного, конструктивного, утвердительного
философствования. Напротив, философы-скептики настроены в основном на волну
критического, деструктивного философствования. Сами они не вырабатывают
идеи, а лишь критикуют чужие. Философы-догматики — это философы-изобретатели
или философы-излагатели, а философы-скептики — это философы-чистильщики,
философы-мусорщики.
[22]
Критическое философское размышление весьма полезно для
определения и уточнения границ философствования, для выяснения того, что
может философия, а что не может. Щуки в философии так же нужны, как и караси.
На то и щука, чтобы карась не дремал — говорит пословица. В древности была
целая школа таких философов.
Крайние догматики — это
уже не философы, а люди, которые утверждают и отстаивают идеи несмотря
ни на какие обстоятельства, без учета конкретных условий. Они не терпят
никаких возражений и не выносят никакой критики.
Крайние догматики — это либо фанатики, либо люди с окостеневшим рассудочным
мышлением. Крайние скептики — тоже уже не философы, а люди, ни во что не
верящие, подвергающие всё сокрушительной, уничтожающей критике. Это либо
злопыхатели, которым всё не по нутру, либо очень мнительные люди.
Заслуживает внимания и такое деление философов: на субъективистов,
объективистов и методологистов — в зависимости от
основного предмета философствования. Философы-объективисты
акцентируют внимание на мировоззренческих проблемах, на осмыслении внешнего
мира. К ним относятся натурфилософы, материалисты, онтологисты. Философы-субъективисты
акцентируют внимание на проблемах человека и общества. К ним относятся
большинство идеалистов, философы жизни, экзистенциалисты, постмодернисты.
Наконец, философы-методологисты осмысляют
преимущественно формы и средства человеческой деятельности. Это — кантианцы,
позитивисты, неопозитивисты, прагматисты, представители лингвистической
философии, философы науки.
[23]
В последние сто-двести лет появились философы, которые,
образно говоря, обслуживают связь философии с другими формами культуры.
Философия существует ведь не в безвоздушном пространстве. Как часть культуры
она тесно связана с другими ее частями. Человеческая культура как таковая
едина и многообразна. Если представить ее в виде дискретно-непрерывного
поля, то на нем отчетливо выделяются некоторые “участки” — наука, искусство,
практика, религия и, конечно, наша философия. Эти “участки”
культурного поля, с одной стороны, относительно самостоятельны,
независимы друг от друга, с другой, — тесно связаны друг с другом, имеют
между собой много промежуточных звеньев-переходов. Философия, например,
плавно переходит в науку, а наука — в философию. С одной стороны, в философии
работают сциентизирующие философы (философы науки, философы-методологи,
специализирующиеся на проблемах научного познания). С другой, в науке работают
философствующие ученые, разрабатывающие проблемы общенаучной и частнонаучной
методологии. Такую же связь можно видеть между философией и искусством.
Есть философы, специализирующиеся исключительно на философском осмыслении
искусства и литературы, а есть философствующие искусствоведы и художники.
Теперь, если возьмем философию и практику, то увидим, с одной стороны,
философов-прагматиков, философов-инструменталистов, например, а, с другой,
философствующих политиков, государственных деятелей, менеджеров, изобретателей,
инженеров и иных практических специалистов. Если говорить о переходных
звеньях между философией и религией, то их также немало. Есть богословствующие,
религиозные философы и есть философствующие богословы и священнослужители.
И, наконец, существует очень небольшое количество философов,
которых трудно отнести к какому-то одному типу, направлению. Это так
называемые чистые философы, философы-систематики,
создатели всеобъемлющих философских систем. Я говорил о них в предыдущем
разделе. Эти философы по-хорошему всеядны, их взгляды-интересы, симпатии-антипатии
достаточно сбалансированы и именно они в наибольшей
степени заслуживают звания философов, т. е. людей, стремящихся к мудрости,
мудрецов.
[24]
1.4
Практическая философия
Практическая значимость философии вытекает из того фундаментального
факта, что мысль может непосредственно влиять на действие: либо побуждать
человека к действию, либо, напротив, тормозить, останавливать действие,
отвращать от него.
Цель практической философии: побуждать людей с
помощью мысли к правильным, хорошим действиям и отвращать от ошибочных,
плохих действий. Говоря более точно,
D5
практическая философия
— это философия, имеющая целью воздействовать
на людей силой мысли через посредство слова, убеждения —
в процессе живого общения (консультации-беседы, собеседования, дискуссии,
анализа конкретной ситуации).
Практический философ (подобно практическому психологу,
психоаналитику, врачу, священнику, юристу) организует службу консультирования-собеседования-исповедания.
Его задача: консультирование и собеседование по основным
вопросам жизни, развития, любви, творчества, здоровья...
Если говорить более развернуто, то необходимость института
практического философа диктуется следующим:
1. Философ, в отличие от представителей других
профессий (психологов, врачей, юристов, сексологов, священников и т. д.),
целостно рассматривает человека, во всех его жизненных проявлениях. Именно
он способен разговаривать с человеком как с человеком, учитывать все аспекты
человеческого бытия-опыта и как бы дирижировать всем инструментарием воздействий
на человека. Психолог-психоаналитик ищет решение человеческих проблем в
психике, врач — в восстановлении здоровья, юрист — в эффективном использовании
законодательства и т. д. Лишь философ может оценить,
какое средство следует использовать в тех или иных ситуациях. И
именно он может предложить комплексное использование различных средств,
т. е. координировать-дирижировать.
2. Кроме того, философ располагает
таким средством решения человеческих проблем, каким не располагает профессионально
ни один представитель какой-либо другой человечески-ориентированной деятельности.
Этим средством является мысль.
D6
Профессиональный философ
— это человек, сделавший мышление (рассуждение,
аргументацию, убеждение, критику) своей профессией.
И именно он, только он, может профессионально использовать
мысль-мышление в качестве средства воздействия на человека для решения
его проблем.
[25]
3. Нужно иметь в виду, что философия
незримо присутствует в сознании людей, хотят они этого или нет.
Люди так или иначе обсуждают философские проблемы, не называя их философскими.
Эти обсуждения большей частью неквалифицированные и невежественные. Целое
море псевдофилософских рассуждений можно встретить в теле- и радиопередачах,
в кинофильмах, в книгах, газетах и журналах. Кроме того, многие специалисты-человековеды
(психологи, врачи, юристы, священники и т. д.) помимо сугубо профессиональных
разговоров и рекомендаций ведут со своими клиентами
чисто философские беседы и дают советы философского характера. Они
работают, по существу, на поле практической философии. Естественно, что
все эти обсуждения и рекомендации в большинстве случаев оставляют желать
лучшего. Ясно, что здесь должны работать философы-профессионалы. Практическая
философия как раз и означает, что философ непосредственно работает с людьми,
вместе с ними решает их фундаментальные вопросы жизни. Не с массами,
не с аудиторией (как в случае со студентами или читателями), а с каждым
желающим индивидуально! Суть практической философии именно в этом: в эксклюзивности,
в адресности, в индивидуальном подходе.
4. Некоторые философы считают, что философия не должна
снисходить до отдельного человека. Такой взгляд обусловлен, с одной стороны,
пониманием философии как очень далекой от конкретного человека, а, с другой,
пониманием проблем конкретного человека как ничтожных для философии. В
том и другом случае мы имеем дело со своеобразным философским платонизмом,
т. е. с абсолютизацией общего-всеобщего и недооценкой единичного, отдельного,
специфического. Да, действительно, философия занимается
вопросами предельной общности. Но ведь и каждый отдельный человек
задумывается над подобными вопросами. Нет общего без отдельного, единичного,
как нет и единичного без общего. Любой самый фундаментальный вопрос перипетиен,
ситуативен, зависит от конкретной жизни конкретного человека, от его особенностей
и особенностей его жизни. И, наоборот, любая конкретная
жизнезначимая проблема тысячами нитей связана с решением общих вопросов.
Задача практического философа: постоянно высвечивать,
проявлять эту связь общего и отдельного, связь фундаментальных философских
и конкретных жизненных вопросов.
5. Введением института практических философов возрождается
хорошая древняя традиция. В античную эпоху уже был подобный институт практических
философов. Это софисты, учителя мудрости, учителя жизни. Среди них были,
правда, и такие, кто учил лжемудрости, пустословию, софистике. Тем не менее,
изначально в деятельности софистов было рациональное зерно. Своими беседами
и мудрыми советами они реально помогали людям.
Практическая философия в истории человеческой мысли.
К произведениям практической философии относятся такие, которые содержат
мысли о жизни, человеке, об отношении к миру, обращенные ко всем людям
и имеющие практический смысл, т. е. побуждающие к действию или отвращающие
от него. Эти произведения, как правило, не носят характер исследования,
а содержат рассуждения, отдельные мысли и рекомендации-советы. В духе практической
философии писали Конфуций, многие античные философы, М. Монтень, Ф. Бэкон,
А. Шопенгауэр... К произведениям практической философии можно в известном
смысле отнести книги американца Дейла Карнеги и нашего Владимира Леви.
1 Название “философия” 2 Слово “рационализм” 1 Рационализм — это когда утверждается
верховенство разума в жизни человека, когда разум объявляется или признается
последней инстанцией, которая может разрешить те или иные вопросы. См.
ниже, п. 1.3, стр. 16.
2 От греч. empeiria — опыт.
3 Абсолютизация — преувеличение, гипертрофирование
сверх всякой меры, возведение в абсолют, в нечто безусловное, самодовлеющее.
o